Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы

Для исправления Богослужения, священник облачается с такие одеяния, как, подризник, епитрахиль, пояс, поручи, фелонь (или риза), набедренник.

Подризник – род стихаря, предназначенный для облачения священника и архиерея.

Подризник представляет собой длинную до пят одежду с узкими рукавами светлого (белого, желтого) цвета. Архиерейский подризник имеет гамматы, или источники – ленты, стягивающие рукава у запястья, которые рассматриваются как символическое изображение потока крови из прободенных рук Иисуса Христа.

Подризник напоминает хитон (нижнюю одежду), в которой ходил по земле Иисус Христос.

Епитрахиль – длинная лента, огибающая шею и двумя концами спускающаяся вниз. Знаменует двойную, по сравнению с диаконом, благодать, подаваемую священнику дл свершения таинств. Епитрахиль надевается поверх подризника или рясы. Без епитрахили священник или архиерей не могут священнодействовать. На епитрахили нашивается семь крестов. Шесть спереди (по три на каждой половине), в знак того, что священник может совершать шесть таинств. Еще один крест, седьмой, находится на шее и символизирует то, что священник принял свое священство от епископа и подвластен ему, и несет на себе бремя служения Иисусу Христу.
Пояс надевается поверх епитрахили и подризника. Пояс напоминает полотенце, которым опоясывался Иисус Христос, когда омывал ноги своим ученикам на Тайной Вечери.

Риза (Фелонь) – верхняя одежда священника, надеваемая поверх других одежд. Одежда длинная, широкая, без рукавов, с отверстием для головы и большим вырезом спереди, доходящим до пояса, для свободного движения рук. Верхние оплечья фелони твердые и высокие. Задний, верхний край фелони имеет вид усеченного треугольника или трапеции и возвышается над плечами священнослужителя. Своим видом фелонь напоминает багряницу, в которую был обличен страждущий Иисус Христос и толкуется как одежда истины. Поверх ризы на груди священника находится наперсный крест.

Набедренник – четырехугольный плат, привешиваемый на ленте через плечо за два угла на правом бедре. Выдается священникам Русской православной церкви в качестве награды за усердную, продолжительную службу. Символизирует меч духовный.

Епископ (архиерей) облачается во все одежды священника: подризник, епитрахиль, пояс, поручи. Только риза заменяется саккосом, а набедренник палицею. Кроме того, одеваются омофор, митра, панагия.

Саккос – верхнее одеяние епископа, заменяющее ризу и имеющее то же символическое значение – багряницу Спасителя. По покрою представляет собой длинную просторную одежду (обычно не сшитую по бокам) с короткими широкими рукавами и вырезом для головы. Из-под саккоса видны и подрясник, и епитрахиль.

Палица – четырехугольный плат, привешиваемый за один угол, сверх саккоса на левом бедре. В символическом значении палица, как и набедренник, имеет тот же смысл духовного меча, то есть Слова Божия, которыми всегда должен быть вооружён пастырь. Но по сравнению с набедренником, палица принадлежит к более высокому уровню, так как символизирует ещё и край полотенца, которым Иисус Христос отирал ноги ученикам.
Омофор – длинный, широкий, лентообразный плат, украшенный крестами. Возлагается на плечи епископа таким образом, что, охватывая кругом шею, одним концом спускается спереди, а другим сзади (великий омофор). Без омофора епископ не может совершать никакой службы. Омофор надевается поверх саккоса и символизирует овцу, заблудшую и принесенную добрым пастырем на плечах в дом (Лк.15:4-7), то есть спасение Иисусом Христом человеческого рода. А облачённый в него епископ изображает собой Христа Доброго Пастыря, который взял заблудшую овцу на плечи и отнёс её к незаблудшим (то есть ангелам) в дом Отца Небесного. Панагия – небольшой круглый образ Спасителя или Божьей Матери, украшенный цветными камнями. Носится на груди, поверх саккоса.
Орлец – небольшой круглый коврик с изображением орла, подкладываются во время богослужения под ноги епископу. Означает, что епископ должен, подобно орлу, возноситься от земного к небесному. Духовный смысл орлеца с изображением города и парящего над ним орла указывает прежде всего на небесное происхождение и достоинство епископского сана. Становясь повсюду на орлец, архиерей как бы все время покоится на орле, то есть орёл как бы постоянно носит на себе епископа. Наверх

Наверх При богослужении епископы употребляют жезл или посох, как знак высшей пастырской власти. Посох дается также архимандритам и игуменам, как начальникам монастырей. Наверх Голову священнослужителей во время богослужения украшают митра, или камилавка. Для более повседневных нужд используется скуфья.
Митра – головной убор епископа, украшенный небольшими образками и цветными камнями. Знаменует собой терновый венец, который был возложен на голову Иисуса Христа. Митра украшает священнослужителя, поскольку он во время богослужения изображает Царя Христа, и одновременно напоминает о терновом венце, которым был коронован Спаситель. В православной церкви при надевании митры на архиерея читается молитва: «Положи, Господи, на главу твою венец и от камений драгих…» как и при совершении таинства брака. По этой причине, митра понимается также как образ золотых венцов, которыми венчаются праведники в Царствии Небесном на брачном пире сочетавания Иисуса Христа с Церковью.
В Русской православной церкви до 1987 года митру с крестом носили не все архиереи, а только архиепископы, митрополиты и патриархи. По представлению патриарха Пимена Священный Синод на своём заседании 27 декабря 1987 года определил, что митру с крестом имеют право носить все архиереи. Следует отметить, что в некоторых дохалкидонских церквах (в частности, армянской и коптской) митру с крестом носят иподиаконы.
Разновидностью православной митры является митра-корона, имеющая над нижним пояском зубчатый венец (как правило из 12 лепестков). Митра-корона до XVIII века была основным типом митры.

Камилавка — это высокий цилиндрический с расширением кверху головной убор фиолетового цвета, почетная награда православных священников. Скуфья — повседневный головной убор православных духовных лиц всех степеней и званий. Представляет собой небольшую круглую чёрную, мягко складывающуюся шапочку; складки надетой скуфьи образуют вокруг головы знамение креста.

В древнерусской церкви скуфью носили, по древнему обычаю греческой церкви, не только священники, но и диаконы для прикрытия головы, на маковке которой выстригался небольшой круг (гуменце).
Фиолетовая бархатная скуфья даётся представителям белого духовенства как награда — вторая после набедренника. Значение награды скуфья получила с 1797 года. Наверх Основными повседневными одеяниями духовенства и монашества всех степеней являются подрясник и ряса.
Подрясник – нижнее одеяние, представляет собою длинное, до пят, с наглухо застегнутым воротом одеяние с узкими рукавами. У монашествующих подрясник должен быть черного цвета. Цвет подрясников белого духовенства черный, темно-синий, коричневый, серый и белый для лета. Материал: сукно, шерсть, сатин, лен, чесуча, реже шелковые ткани. Ряса – верхнее одеяние с длинными, ниже ладоней, широкими рукавами. Наиболее распространенный цвет рясы — черный, но могут быть рясы темно-синего, коричневого, белого, реже кремового и серого цвета. Материалы для ряс те же, что и для подрясников. И подрясники, и рясы могут быть на подкладке. Для обихода существуют рясы, представляющие собою демисезонные и зимние пальто. Это рясы первого вида, с отложным воротником, отороченным черным бархатом или мехом. Зимние рясы-пальто делаются на теплой подкладке. Все богослужения, кроме литургии, совершаются священником в подряснике и рясе, поверх которых надеваются особые богослужебные одеяния (ризы). При служении литургии, а также в особых случаях, когда по Уставу священник должен быть в полном богослужебном облачении, ряса снимается и поверх подрясника надевается подризник и другие ризы. Диакон служит в подряснике, поверх которого надет стихарь. Епископ совершает все богослужения в подряснике, на который надеваются особые святительские ризы. Исключение составляют лишь некоторые молебны, литии, келейные и другие священнослужения епископа, когда он может служить в рясе или рясе и мантии, поверх которых надета епитрахиль.
Таким образом, повседневные одеяния духовенства являются обязательной основой и богослужебных облачений. Наверх Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Цвет богослужебных одеяний символизирует праздники, события, дни памяти, в которые совершается богослужение. Перечислим эти цвета:

  • — Золотой (жёлтый) всех оттенков (Царский цвет).
  • — Белый (Божественный цвет).
  • — Голубой (цвет Высшая чистоты и непорочности).

Дни памяти пророков, апостолов, святителей, равноапостольных, прочих служителей Церкви, а также благоверных царей и князей и на Лазареву субботу (иногда также служат в белом). Золотые ризы используются на воскресных богослужениях, а также в большинство дней года, если не совершается чья-либо память. Праздники: Рождества Христова, Богоявления, Сретения, Преображения и Вознесения, на Лазареву субботу (иногда также служат в жёлтом), бесплотных небесных сил, а также при начале пасхального богослужения. Белые облачения, символизируют свет, воссиявший от гроба Иисуса Христа при Его Воскресении. Белые ризы используются при совершении таинства крещения, венчания и на заупокойных богослужениях, а также при облачении новопоставленного в священный сан. Богородичные праздники: Благовещение, Ризоположение, Успение, Рождество Пресвятой Богородицы, Покров, Введение, дни памяти Богородичных икон. Голубой цвет различных оттенков, вплоть до синего, имеют мантии митрополитов.

  1. — Фиолетовый или тёмно-красный.

Крестопоклонная неделя Великого поста; Происхождение (изнесение) честных древ Животворящего Креста Господня; Воздвижение Креста Господня.Фиолетовый цвет имеют епископские и архиепископские мантии, а также наградные скуфии и камилавки. — Красный, Тёмно-красный, Бордовый, Багряный.
Цвет праздников и дней памяти мучеников. Великий Четверг.
При Пасхе — радость Воскресения Христова. В дни памяти мучеников — цвет крови мучеников.

— Зелёный (цвет животворения и вечной жизни).

Праздники и дни памяти преподобных, подвижников, юродивых, праздник «Вход Господень в Иерусалим», День Святой Троицы. Зелёный цвет имеет мантия патриарха. — Тёмно-синий, Фиолетовый, Тёмно-зелёный, Тёмно-красный, Чёрный.
Цвет поста и покаяния. Великий пост. Чёрный употребляется преимущественно в дни Великого поста, в воскресные и праздничные дни которого, допускается употребление облачений с золотой или цветной отделкой. Наверх

Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы

Наверх

Особенности архиерейского богослужения для регента. Последование архиерейских богослужений

От редакции: Продолжая тему , игумен Кирилл (Сахаров) описывает, как различается она при архиерейском служении. Автор, побывавший на праздничной службе в Покровском соборе на Рогожском поселке, отмечает простоту и строгость торжественного старообрядческого богослужения.

Как начинается архиерейская служба

В современном чине сразу бросается в глаза большая помпезность и выпяченность фигуры архиерея. Некоторые даже избегали такой службы, где личность архиерея, внимание к нему создают помехи для молитвенной сосредоточенности. О.

Читайте также:  Анастасия Узорешительница: житие святой, в чем помогает, иконография, текст молитвы

Георгий Флоровский в «Пyтях русского богословия» писал, что, похоже, одним из главных мотивов реформы патриарха Никона были большая помпезность и праздничность в службе, в отличие от большей простоты и аскетичности, как это было в древности.

Но помпезность — это проявление душевности, а аскетичность, простота — проявление духовности.

Вот архиерейская служба. Сейчас как она совершается? До приезда архиерея заранее вычитывают часы для того, чтобы не утруждать его дополнительной нагрузкой. Это обычно бывает часов в 9 или 10, так как есть практика совершения ранней и поздней литургий, чего в древности не было. Литургия тогда была единая, начиналась она весьма рано.

Может быть, сейчас совершение двух Литургий объясняется тем, что желающих присутствовать на службе много, а храмов мало, не хватает, поэтому всем за одной Литургией очень сложно бывать. Хотя есть и другое объяснение: еще до революции на раннюю приходил простолюдин, на позднюю — барин, который позднее вставал.

Соответственно, ранняя служба была скромной, а поздняя — более помпезной.

По старому чину такая картина. Вот, скажем, митрополит совершает службу. Процессия идет из дома при храме: крест, свещеносцы в стихарях идут под колокольный звон в половине седьмого утра. Архиерей входит в храм и начинает вычитывать входные молитвы. В новообрядческом храме встречают архиерея в 9-10 часов. Его облачают, и сразу начинается Литургия. Часы вычитаны заранее.

Здесь же, на Рогожском, архиерей вошел в храм, вычитал входные молитвы, вошел в алтарь и начинается полунощница, о чем уже совершенно забыто в наших приходских храмах (РПЦ — прим. ред.), она сохраняется только в монастырях, и то кроме воскресных и праздничных дней. Естественно, ни о какой полунощнице при архиерейской службе речи быть не может сейчас. Она уже давным-давно забыта.

Кстати, стиль чтения на службе у старообрядцев был более медленный — не то, чтобы растягивающий слова, а просто громкий и протяжный, распевный.

Интересно, что акустика в старых храмах настолько была великолепной, что в огромном соборе в каждой его точке было слышно каждое слово.

В храмах же XIX века их огромность приводила к тому, что из-за непродуманности акустики только на каком-то пятачке было слышно, что читается. А если это еще забивается на крылос, в угол, и бубнится скороговоркой, то естественно, что это все вхолостую.

Архиерейское облачение

По древнему чину читалась полунощница, в конце ее чин прощения. После этого архиерей выходил из алтаря на кафедру, и начиналось его облачение. Сейчас в РПЦ это происходит так. Два диакона стоят на амвоне, один возглашает: «Господу помолимся, Господи, помилуй», другой читает на каждый элемент облачения специальную молитву.

Хор поет только одно песнопение «Да возрадуется душа твоя о Господе, облече бо тя в ризу спасения…» То, что читает сейчас диакон, покрывается пением и потому плохо слышно народу. По старому чину хор пропевал эти молитвы. Глубоко содержательны тексты этих молитв на облачение архиерея, они слышны были всем молящимся в храме.

А теперь, как бы громко дьякон ни читал, все равно хор заглушает его своим пением. Налицо, на мой взгляд, потеря.

Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы

Потом, нынешняя служба (в РПЦ — прим. ред.) — она мозаичная. Когда священники, каждый как может и хочет, делают возгласы; хор поет одно песнопение знаменным, другое — киевским распевом, третье — распевом Оптиной пустыни и т.д.

В итоге нарушается цельность, получается мозаичность службы. Некоторые песнопения исполняются тихо, другие громоподобно — вот такие перепады, это расслабляет дух. А в старом чине все было цельно, было все четко и громко.

Это позволяло держать в тонусе молящихся в храме.

И еще особенности, какие я отметил на старой службе. Архиерей, облaченный, стоит на кафедре, и читаются часы: третий, шестой и девятый. Окончили часы, затем изобразительные.

На каждое чтение по старому чину свой стиль: шестопсалмие в одном стиле читается, паримии — в другом, поучения — в третьем, также и Апостол, т.е. все не нивелировалось, а все эти грани сохранялись.

Когда слышишь выразительное чтение Апостола погласицей, то во многом отпадает проблема перевода при таком качественном исполнении.

Особенности архиерейской Литургии

Так вот, закончили изобразительные и нужно начать Литургию. Старший диакон возглашает: «Архиереи, священницы и диаконы, изыдите».

Это делается трижды, на второе приглашение открываются царские врата, на третье — вся масса сослужащего духовенства выходит из Алтаря и становится около архиерея на кафедре.

Интересно, что малый вход на Литургии, когда поют «Блажени», что напоминает нам о выходе Христа на общественную проповедь, совершается через весь храм.

Очень красив распев «Святый Боже» по-гречески. Архиерей, как вам известно, выходит с трикирием и дикирием на амвон и говорит: «Призри с Небесе, Боже, и виждь, и посети виноград Сей…», и осеняет трикирием и дикирием народ. По старому чину это бывает трижды: по центру, справа и слева с теми же словами, только вначале: «Господи, Господи…»

Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы

Я обратил внимание, что Апостол читал не диакон, а приезжий священник, то есть старый чин, при своей жесткой регламентированности и организованности, довольно гибок.

Скажем, непривычно было бы видеть нам, что вдруг один из 20 священников, сослужащих архиерею, вдруг стал бы читать Апостол, когда есть пять диаконов на службе.

Но вот вышел священник, видимо, что он уж очень хорошо читает, приезжий, дали ему возможность почитать Апостол.

Каждение. Два взмаха, третий крестообразно с поклоном. Скомканности нет, когда один глубоко кланяется, другой только голову наклоняет — в итоге дисгармония получается. Это ослабляет внимание, отвлекает молящегося, ритм же, напротив, мобилизует внимание.

После великого входа царские врата остаются открытыми, только завеса задергивается. Когда архиерей произносит «Мир всем», или на евхаристическом каноне «Благодать Господа нашего Исуса Христа», завеса открывается, а так она закрыта до выноса Чаши для причащения. Интересно, что по обычному чину все священники служащие причащаются. Диаконы посвободнее.

Диакон, если готовился, то причащается, один уж точно, остальные могут участвовать в службе, не причащаясь. По древнему чину допускалось, чтобы и священники, не готовившиеся специально, не вычитавшие специального правила, могли участвовать в Литургии, не причащаясь, а причащался первый диакон, священник служащий, совершавший проскомидию, и архиерей.

Вот такие особенности.

Молебен и водоосвящение

После Литургии был молебен Всемилостивому Спасу. Обычно молебен комкается, считают, что и так Литургия была такая пространная. По древнему чину совершается полный молебен также неспешно и ритмично.

Запевы на молебне «Избави от бед рабы Своя…» пропевались духовенством в алтаре после каждой песни канона. Сам канон читается чтецом в центре храма. Духовенство выходит на середину храма по шестой песни, и тогда начинается водоосвящение.

На нем при пении тропаря «Спаси, Господи, люди Своя», при погружении Креста, хоругви наклоняются, потом поднимаются, когда уже хор поет, и так троекратно.

Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы

Мы привыкли, что только диаконы возглашают многолетие. Здесь же многолетие возгласил один из сослужащих священников. Причем «Многая лета» поют трижды. Ритм в старом чине настолько гармоничен, то есть нет ни одного такого произвольного, субъективного, неаккуратного, неточного движения.

Допустим, поют «Многая лета один раз, другой, на третий священник осеняет Крестом. Не произвольно, когда захотел, а на третий раз, и в итоге такая гармония выстраивается, ритм такой, некая законченная картина.

Как нет на картине лишнего мазка, так вот и здесь, настолько ритм и гармония во всем.

По окончании богослужения у нас обычно как бывает: архиерей отслужил, произнес проповедь и потом уходит, а Крест народу дает духовенство. На древней службе все остаются до конца, никто не уходит до тех пор, пока все не пpиложатся ко Кресту. После этого творят исходные поклоны, и вот на этом богослужение завершается.

Еще раз повторю: есть ритм церковной службы, не должно быть никаких случайных моментов, нарушающих целостность, все должно быть цельно, начиная от архитектуры, росписи храма, икон, пения, одежды присутствующих, облачения духовенства. Древняя служба не знала ярких облачений, все было как-то приглушенно.

Чтение должно быть без своих эмоций, субъективного творчества, a именно в таком каноническом русле, стиле. Молящиеся одновременно крестятся. Все вот эти нюансы в итоге в такую картину неповторимую слагаются, что позволяют с бóльшим вниманием присутствовать на богослужении и соответственно плод молитвы бывает более обильным.

  • Архиерейское Богослужение 1
  • Архиерейское Богослужение
  • Указания Устава об архиерейской практике совершения Богослужений содержится в Чиновнике Архиерейского служения. Дополнительная литература:

Дмитриевский А.А., проф.
Ставленник. Киев, 1904.

Розанов Николай, прот.

Руководство для лиц, отправляющих церковные Богослужения при участии митрополита, епископа, всего собора и порядок посвящения в священно-церковно-служительские степени с приложением особенностей, бывающих при отправлении Богослужений в Московском Кафедральном Христа Спасителя соборе и Московском Большом Успенском в течение всего года, а также церемониал встреч их Императорских Величеств, митрополита и епископов. М., 1901.

Соколов Федор, диак.
Руководство для участвующих в служении с архиереем Литургии и для готовящихся к посвящению, а также на случай освящения храма, встречи архиерея при обозрении им церквей и служения в его присутствии Литургии. Владимир, 1884.

  1. Подготовка к архиерейскому служению
  2. При назначении служения Архиереем в приходских храмах настоятель храма и регент должны заранее взять на себя заботу по подготовке этого Богослужения.
  3. Обязанности регента:

1. Заблаговременно выяснить какой архиерей будет совершать Богослужение, его сан и титул на предмет пения Многолетий, благословений и т.д.

Облачение священника: с чего начинается богослужение

В связи с карантинной обстановкой в нашей стране многие настоящие, живые встречи перешли в режим онлайн. Вот и наш приход не обошло данное новшество. Супруг стал проводить воскресные беседы для прихожан и всех желающих по скайпу.

Читайте также:  Акафист иоакиму и анне: текст молитвы к родителям пресвятой богородицы, когда читать

И я краем уха, в процессе кухонных выдумок, стала подмечать, о чем беседует батюшка с людьми. Темы вроде такие привычные: алтарь, иконостас, богослужение, облачение. А вот последнее натолкнуло меня на мысль о статье.

Оказывается, многим интересно: как и зачем надевают «священные ризы», то есть облачения священника и дьякона.

Мы же любим все додумывать сами. Что же там делается в алтаре? Почему батюшка долго не выходит? Почему так рано на службу приехал? Пора бы прояснить ситуацию.

Духовенству надо не просто одеться «по-быстрому», а благоговейно подготовить себя к богослужению.

А для этого на каждое облачение читается молитва! И у каждого облачения свой символ, о котором молитвы, основанные на текстах Священного Писания, и напоминают. Вот об их символизме и переводе поговорим.

Диаконы

Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Марина Стротова

Диаконы, а также пономари, иподиаконы, чтобы облачиться, испрашивают благословение у иерея, то есть священника. С облачением в руках, немного склонившись, произносятся слова: «Благослови, Владыко, стихарь» (или у диакона — «стихарь с орарем»). И уже после благословения облачающийся целует стихарь, крестится и одевается, читая следующую молитву:

«Возрадуется душа моя о Господе, облече бо мя в ризу спасения, и одеждею веселия одея мя, яко жениху возложи ми венец, и яко невесту украси мя красотою (Ис. 61:10)».

Перевод: Радостью буду радоваться о Господе, возвеселится душа моя о Боге моем; ибо Он облек меня в ризы спасения, одеждою радости одел меня, как на жениха возложил венец и, как невесту, украсил нарядом.

Стихарь — длинная одежда с широкими рукавами, с разрезами от подмышек до низа, скрепленными пуговицами. А символ его, как видно из молитвы — «риза спасения и одежда веселия». Только «веселье» не в нашем, мирском понимании, а в значении «духовной радости».

Поверх стихаря, на левое плечо надевается орарь — длинная лента с нашитыми на ней крестами. Она символизирует ангельский чин (крылья ангелов).

Но особой молитвы во время возложения ораря нет, хотя ранее (до никоновских исправлений) произносили: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Его».

Теперь данные слова ангельского славословия чаще просто вышиваются на самом ораре.

И в завершении одеваются диаконом поручи — короткие нарукавники с вышитыми крестами. Поручи знаменуют: 1) Всемогущество Силы Христовой; 2) узы, которыми был связан Христос во время страданий. А молитвы читается две: отдельно на правую руку и на левую.

«Десница Твоя, Господи, прославися в крепости: десная Твоя рука, Господи, сокруши враги, и множеством славы Твоея стерл еси супостаты (Исх. 15:6-7)».

«Руце Твои сотвористе мя и создасте мя: вразуми мя, и научуся заповедем Твоим (Пс. 118:73)».

Перевод: Десница Твоя (правая рука), Господи, прославилась силою; десница Твоя, Господи, сразила врага. Величием славы Твоей Ты низложил восставших против Тебя.

  • Руки Твои сотворили меня и создали меня; вразуми меня, и научусь заповедям Твоим.
  • Иереи
  • Архиерейская служба: особенности богослужения, облачение священника, этапы Марина Стротова

Священники имеют такое же облачение, что и у диакона, только видоизмененное, и сверх того — дополнительное, которое положено их сану. Это подризник (то же, что диаконский стихарь, только белый), епитрахиль (по сути — орарь с соединенными вместе концами), поручи. А еще фелонь, пояс и набедренник или палица.

Итак, подризник — более длинный, чем стихарь, ниспадает до пят, но имеет такой же символический смысл, как стихарь, и одевается с той же молитвой «Возрадуется душа моя…».

На подризник одевается красивая епитрахиль. Это широкая лента как орарь, но оба ее конца, обвивающие шею сзади, спускаются по груди вниз и скрепляются пуговицами.

Епитрахиль — самая важная часть облачения священника, без нее не совершается ни одной службы.

Если, бывает разное в жизни, епитрахили нет, то иерею допускается взять полотенце, пояс или что-либо похожее и благословив, надеть в качестве епитрахили и совершать службу.

Символ епитрахили — сходящая благодать Духа Святого, «ниспосылаемая свыше».

И при облачении в нее произносятся слова 132 псалма: «Благословен Бог, изливаяй благодать Свою на священники Своя, яко миро на главе, сходящее на браду, браду Аароню, сходящее на ометы одежды его» (Перевод: Благословен Бог, изливающий благодать Свою на священников Своих, как миро на главу, стекающее на бороду, бороду Ааронову, стекающее на края одежды его».

Затем одевается пояс, чтобы стянуть одежды и не мешать свободе движений. Пояс является прообразом полотенца, которым опоясался Господь на Тайной Вечере при омовении ног апостолов и представляет символ готовности к делу, державу Божественной силы, укрепляющей священнослужителей.

Иерей произносит: «Благословен Бог, препоясуяй мя силою, и положи непорочен путь мой, совершаяй нозе мои, яко елени, и на высоких поставляяй мя (Пс. 17:33-34)». Перевод: «Благословен Бог, опоясывающий меня силой и непорочным сделал Он мой путь; укрепляет ноги мои, как у оленя, и на высотах ставит меня».

Далее иерей надевает поручи (здесь все как у диакона). А завершает священник облачение фелонью. По форме она напоминает длинную накидку с прорезью для головы из красивой материи.

О символизме ее говорится следующее: «…прообразует собою свыше подаваемую силу Святого Духа, а еще более ту хламиду (род плаща), в которую был облачен Спаситель, преданный поруганию…».

Этим самым напоминая, что в служении священник изображает Господа, принесшего Себя в оправдание за людей.

При облачении в фелонь читается следующая молитва: «Священницы Твои, Господи, облекутся в правду, и преподобнии Твои радостию возрадуются, всегда, ныне и присно и во веки веков, аминь (Пс. 131:9)». Перевод, согласитесь, не требуется.

В завершение отметим, что священник не всегда облачается полностью, как заметно из практики нашего общения с духовенством. Есть малое облачение и полное облачение.

И как раз то, что мы разобрали, включает в себя полное облачение, с добавлением наград (палицы и набедренника), в котором служится только Литургия и некоторые другие службы года.

Малое же облачение состоит только из рясы, епитрахили и поручей.

Еликонида Милехина

Особенности богослужебного облачения патриарха на Руси

Современное богослужебное облачение Патриарха Московского и всея Руси, как, впрочем, и облачение иных патриархов, принципиально почти ничем не отличается от облачения рядового архиерея[1]. Но исторически было не так.

В средневековье патриарх отличался от рядового архиерея рядом особенностей в облачении, которые мы здесь и перечислим. Причем, эти особенности не всегда идентичны у восточных патриархов и у русских первосвятителей.

Большая часть патриарших особенностей была уничтожена собором 1675 года (май — 15 октября) при патриархе Иоакиме[2].

Митра

В средневековой Руси первосвятитель носил архиерейскую шапку с опушкой, наряду с другими архиереями. История русских архиерейских шапок, не имеющих византийских аналогов, описана у Голубинского и Дмитриевского (Голубинский, 268-275; Дмитриевский).

На Руси популярность этого богослужебного головного убора объясняется, по-видимому, зимними холодами (некоторая часть русских храмов в средневековье зимой не топилась вообще, остальные лишь незначительно подтапливались).

Архиерейская шапка русского первосвятителя отличалась от шапок других епископов наличием креста сверху[3].

Впервые митра была одета на Руси патриархом Никоном[4], который перенял традицию ее ношения у Константинопольского патриарха[5].

Короткое время митра на Руси отличала патриарха от остальных архиереев, но достаточно быстро право ношения митры стали присваивать себе иные русские архиереи, считая ее, по-видимому, естественной заменой архиерейской шапки.

Собор 1675 года повелел всем архиереям носить митры, основываясь на греческой практике: во второй половине XVII века в Восточной церкви митра становится разрешенной и обязательной — см.: Дмитриевский.

Однако, греческая практика ношения митр всеми архиереями имела совсем недавнее происхождение, еще Арсений Суханов в своем Проскинитарии говорил о наличии митры только у патриарха[6]. Поэтому существует предположение Голубинского, согласно которому повсеместное ношение митр греками — следствие активных греко-русских связей в XVII в., иными словами, ношение всеми русскими архиереями богослужебных головных уборов соблазнило греков, и они последовали примеру русских[7].

До 1988 года в Русской Православной Церкви только Святейший Патриарх и митрополиты носили митры, увенчанные крестом. Теперь, основываясь на всеправославной практике, крест есть на митрах у всех архиереев[8].  

Омофор

Историю омофора см. у Голубинского (Голубинский, 262-263). Историк пишет, что в древности на Руси омофор носил только первосвятитель (Голубинский, 2 ч., 380). Впрочем, с XV века омофоры имеют все епископы.

В средневековье на Руси не было малого омофора[9], он был введен патриархом Никоном по греческому образцу.

Все же в Византии малый омофор существовал, судя рисункам в Менологии императора Василия (Голубинский, 263, прим. 4).

Этот малый омофор имел иную форму, чем сейчас[10], и, по-видимому, был носим младшими архиереями, тогда как патриарха и старших архиереев выделял большой омофор.  

Саккос

Историю саккоса см. у Голубинского (Голубинский, 263-264). В домонгольский период на Руси саккос не носил даже первосвятитель (Голубинский, 2 ч., 379), тогда как в Византии он выделял лишь старших архиереев — патриарха и некоторых митрополитов.

Тогда саккос не имел рукавов и употреблялся при богослужении как одежда исключительная только три раза в году: на Пасху, Пятидесятницу и Рождество Христово. Позже на Руси саккос носил только первосвятитель (начиная со времени митрополита Феогноста — 1328-1353 гг.). Остальные архиереи носили полиставрии (крестчатые фелони)[11].

К XVII веку право носить саккос имели кроме патриарха еще несколько архиереев. Общее для всех архиереев право ношения саккоса было введено на соборе 1675 года.

Панагия

Историю панагии см. у Голубинского (Голубинский, 275-276).

В наше время патриарху, чтобы выделить его среди остальных епископов, полагается носить две панагии и крест.

Но сразу три нагрудных знака патриарх носит только во время богослужения, обычно на груди у патриарха мы можем видеть одну панагию.

В XVII веке патриарх носил на богослужении крест и панагию, как и остальные епископы (судя по изображениям на парсунах), вне богослужения на груди у всех архиереев — только панагия[12]. 

Читайте также:  Услышательница икона: значение и в чем помогает Божия Матерь, празднование и молитвы

Кроме указанных особенностей облачения патриарха[13] существуют особенности патриаршего богослужения[14], особенности чина патриаршего облачения, особенности прочих патриарших чинов, которые не являются темой данной статьи.

Обычно после описания облачения традиционно упоминаются патриаршии инсигнии (знаки власти), которые отличают патриаршее богослужение от обычного архиерейского.

Это предносной крест, орлец (в средневековой Руси он был признаком патриаршего богослужения)[15], патриарший жезл[16], иерусалимы[17] (особые сосуды, с которыми патриаршие дьякона совершают каждение), трикирий и дикирий (в древности тоже отличали только патриаршие службы)[18] и проч. Восстановление древних отличий патриаршего богослужения и облачения, архаизация этого богослужения — перспективное направление современной практической литургики. 

Библиографический список

Успенский — Успенский Б. А. «Царь и патриарх», М. 1998г.

Голубинский — Голубинский Е. «История Русской Церкви», т. II, М. 1997-98гг., в 2-х ч. (репринт с изд. М., 1900-1911гг.).

Дмитриевский — Дмитриевский А. А. «Митра. Историко-археологический очерк», // «Московские епархиальные ведомости», №№ 4—5, 2003 г. (1-ое изд. — «Руководство для сельских пастырей», Киев, 1903, № 11; я пользовался электронной копией статьи с сайта http://www.liturgica.ru/).

Богатская — Богатская И. А. Патриарх Никон и памятники его времени в графической коллекции «Древностей Государства Российского» // Никоновские чтения в музее «Новый Иерусалим». М., 2005. С. 81-86.

Ченцова — Ченцова В. Г. «Митра Паисия Иерусалимского — не присланный русскому государю венец “царя Константина”» // “Патриарх Никон и его время: Сборник научных трудов”, М., 2004 г., Труды ГИМ, вып. 139, стр. 11-39.

Чеснокова — Чеснокова Н.П. «Восточные иерархи в Москве в середине XVII в. (по материалам Посольского приказа)», // «Патриарх Никон и его время: Сборник научных трудов», М., 2004 г., Труды ГИМ, вып. 139, стр. 40-54.

Фонкич — Фонкич Б. Л. «Иоанн Кариофиллис и его роль в истории греческо-русских связей в середине XVIIв.», // «Россия и Христианский Восток», вып. II-III, М., 2004 г., стр. 392-395.

Романов — Романов Г. «О значении архиерейского орлеца в московских богослужениях XVII века», // «К Свету. №17. Символика русского храмоздательства. К престольному празднику Храма Христа Спасителя», М., 1993 г., стр. 88-90.

Щедрина — Щедрина К. А. Два посоха Патриарха Никона: заметки о происхождении и символике // Никоновские чтения в музее «Новый Иерусалим». М., 2005. С. 71-80.

Стерлигова — Стерлигова И. А. «Иерусалимы как литургические сосуды в Древней Руси», // «Иерусалим в Русской культуре», М., 1994 г.

Зернова — Зернова А. С. «Книги кирилловской печати, изданные в Москве в XVI-XVII вв.» Сводный каталог. М. 1958г.

[1] Самым заметным (правда, не богослужебным) отличием в облачении Русского патриарха является белый куколь.

Впрочем, это лишь дораскольная форма монашеского клобука (у патриарха лишь слегка изменена форма наметки, на лобной стороне и передних концах куколя вышиты изображения шестикрылых серафимов, на вершине патриаршего куколя находится крест.).

Что касается белого цвета куколя, то история ношения белых клобуков в Византии и на Руси лучше всего изложена у Б. А. Успенского (Успенский, 429 и далее).

Белый клобук в Византии носили, по-видимому, патриархи, рукоположенные не из монахов (истоки этого головного убора – в уборе Византийских императоров и затем Римских пап). Московские митрополиты начали носить белый клобук с 1564 года, до этого ношение белого клобука было лишь прерогативой новгородских архиереев (полуапокрифическая история того, как белый клобук попал в Новгород, отражена в известном русском источнике: «Повести о белом клобуке»).

Еще одним внебогослужебным отличием в одеянии патриарха является зеленая мантия (у остальных архиереев мантия фиолетовая; у митрополитов – голубого).

[2] По результатам реформы архиерейского служения при патриархе Иоакиме было выпущено второе издание Чиновника (М., 1677; Зернова, № 345) с предисловием (перевод соответствующего сочинения Симеона Солунского о символике архиерейских облачений), в котором объяснялись новые особенности архиерейского облачения и служения.

[3] Так и у современных старообрядческих митрополитов на митре есть крест, у иных старообрядческих архиереев его нет (благодарю за консультацию Н. Г. Денисова). Традиция ношения креста на митре только патриархом и митрополитами сохранялась в Русской Церкви до 1988 г. (см. ниже).

[4] О греческих увлечениях Никона см.: Богатская. О служении Никона в митре — Ченцова, 20 и далее (прим. 30). О том, кто и когда привез греческую митру Никону: Чеснокова, 49-50 (прим.

50) (Константинопольский патриарх Иоанникий и греческие купцы); Фонкич, 395 (о грамоте Константинопольского патриарха Иоанникия царю Алексею Михайловичу об изготовлении для патриарха Никона саккоса и митры — писец Иоанн Кариофиллис).

[5] Греческая митра своей формой копирует Византийский императорский венец. Константинопольский патриарх предположительно стал носить митру после падения Константинополя в 1453 году. Митра символизировала императорскую власть, перешедшую к патриарху. Впрочем, изложенная гипотеза Дмитриевского нуждается в серьезных доказательствах.

В любом случае, в XVII веке митра воспринимается греками как символ и инсигния императорской власти. Поэтому греки, серьезно надеявшиеся на то, что русский царь освободит их от турецкого владычества, всячески подталкивали Алексея Михайловича к войне с Турцией. См. по этому вопросу работу Ченцовой (Ченцова). Вся работа — об исторических реалиях 1650-х гг.

, политике России в это время и о попытке Иерусалимского патриарха изготовить, освятить и прислать в Москву венец царя, сделанный по образцу венца царя Константина (см.: Ченцова, 25-26 (прим. 45)). Эта посылка – знамение надежды на то, что Русский царь захватит Константинополь и наследует византийский престол.

Надежду Восточных патриархов царь и патриарх Никон в результате не поддержали — см. Ченцова, 30-31.

[6] На самом деле, в первой половине XVII века разрешение на ношение митры от османских властей имели все восточные патриархи (см.: Ченцова, 38 (прим. 11)). Но при их сослужении митру надевал только Константинопольский патриарх.

[7] См.: Голубинский, 269. Дмитриевский не согласен с Голубинским, считая, что митры носили многие греческие архиереи еще до XVII века (Дмитриевский, прим. 1).

[8] В конце марта 1988 года в ходе Предсоборного Архиерейского Совещания высказывалось пожелание привести традицию ношения митр в Русской Православной Церкви в соответствие со всеправославной практикой.

27 декабря 1988 года Его Святейшество обратился к Священному Синоду с письмом, в котором предлагал установить единый для всех архиереев (а не только Патриарха и митрополитов) образец митры, увенчанной крестом. При этом предлагалось сохранить традицию ношения митры без креста для архимандритов и протоиереев, удостоенных этой награды.

Священный Синод принял положительное постановление по этому вопросу в заседании 27—28 декабря 1988 г. (См.: Журнал Московской Патриархии, 1989, № 3. С. 7).

[9] Нет его и у современных старообрядческих белокриницких архиереев. Новозыбковские архиереи малый омофор имеют, но традиция его ношения явно позднего происхождения и позаимствована у господствующей церкви.

[10] Как бы двойная епитрахиль (спереди и сзади архиерея).

[11] Еще архиереев от священников отличали палица, поручи (обе принадлежности не носились священниками) и жезл.

[12] Так сейчас и у старообрядческих архиереев. Новозыбковские архиереи во внебогослужебное время носят на груди, как и при богослужении, крест и панагию (в отличие от белокриницких). Эта традиция, по-видимому, позднего происхождения. Если она не основана просто на незнании, то происхождение ее неизвестно (благодарю за консультацию Н. Г. Денисова).

[13] Мы не упомянули здесь великий параман, который надевается Патриархом на подрясник перед богослужением.

В остальных случаях параман в современной практике русской церкви носится монахом всегда под подрясником. Афонские монахи, кстати, носят его на подряснике, снаружи.

Таков, по-видимому, был древний обычай ношения парамана, который сохранился парадоксальным образом в современном русском патриаршем богослужении.

[14] Следует отметить, что особым символическим отличием патриаршего богослужения и знаком патриаршей власти собор 1657 года и патриарх Иоаким посчитали Чин шествия на осляти в Вербное воскресенье, который было разрешено совершать только патриарху (ранее на Руси его совершали некоторые другие архиереи). Чин вскоре был отменен Петром I, который увидел в нем посягательство на собственную царскую власть.

[15] Право пользоваться орлецом при соборном архиерейском богослужении имели сначала только один Митрополит Московский, а позже патриарх и избранные митрополиты. Согласно решению собора 1675 г. в присутствии служащего патриарха стоять на орлецах полагалось лишь Новгородскому и Казанскому митрополитам (Романов, 89 — с библиографией).

[16] В древности Русских первосвятителей выделял, по-видимому, особой формы жезл, как и греческих митрополитов (Голубинский, 263).

Особенностью русских архиерейских жезлов является сулок — два платка, вложенных один в другой и привязанных к жезлу у верхней перекладины рукояти.

Сулок возник из-за русских морозов, во время которых приходилось совершать крестные ходы.

Нижний платок при этом должен был предохранять руку от прикосновения к холодному металлу жезла, а верхний — от внешнего холода. В древности разницы между жезлом и посохом не было.

Форма древнейшего архиерейского жезла на Руси – по-видимому, с двумя отрогами (жезл святителя Петра). На Руси в первой половине XVII века в употреблении у архиереев был жезл с крестом (за редким исключением; подобные жезлы используются сейчас старообрядческими архиереями).

Патриарх Никон ввел патриарший жезл новой формы (со змеями; см. об этом: Щедрина). Он перенял этот жезл у греков, вслед за ним подобные жезлы стали заводить и другие русские архиереи.

Введение нового жезла было связано с пониманием Никоном роли первосвятительской власти в государстве.

[17] См. о них: Стерлигова.

[18] Осенение трикирием и дикирием в Русской древности – прерогатива первосвятителя, а не всех архиереев. Средневековый архиерей при осенении держал дикирий в правой руке, а трикирий в левой (точно так же и у современных старообрядческих архиереев). Со времен Никона и доныне – наоборот (согласно греческой практике XVII века) (благодарю за консультацию Н. Г. Денисова).

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector