Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчи

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчиПер­вая под­го­то­ви­тель­ная неде­ля[1] к Ве­ли­ко­му По­сту на­зы­ва­ет­ся «Неде­лей о мыта­ре и фа­ри­сее». Своё на­зва­ние она по­лу­чи­ла от еван­гель­ской прит­чи, ко­то­рая чи­та­ет­ся за вос­крес­ной Ли­тур­ги­ей. Рас­ска­зан­ная Са­мим Иису­сом Хри­стом, она ни­ко­гда не «уста­ре­ет», по­то­му что об­ра­ще­на ко всем, кто твёр­до уве­рен в соб­ствен­ной пра­вед­но­сти и по­то­му пре­зи­ра­ет дру­гих. Сло­во «фа­ри­сей» дав­но ста­ло на­ри­ца­тель­ным, и это во мно­гом спра­вед­ли­во, ведь фа­ри­сеи (как тип че­ло­ве­ка), к со­жа­ле­нию, – род веч­ный и бес­смерт­ный.

«Два че­ло­ве­ка при­шли в Храм по­мо­лить­ся, – так на­чи­на­ет­ся прит­ча. – Один был фа­ри­сей, а дру­гой – мы­тарь (сбор­щик по­да­тей для рим­ской каз­ны)». За­ме­тим, что невоз­мож­но по­до­брать бо­лее непо­хо­жих друг на дру­га лю­дей.

Фа­ри­сеи (что зна­чит бук­валь­но «чи­стые», «от­де­лён­ные») бы­ли ав­то­ри­тет­ны­ми и ува­жа­е­мы­ми в на­ро­де тол­ко­ва­те­ля­ми ре­ли­ги­оз­но­го Мо­и­се­е­ва За­ко­на (То­ры).

Бе­да лишь в том, что стрем­ле­ние к его неукос­ни­тель­но­му со­блю­де­нию да­же в ме­ло­чах за­ча­стую при­во­ди­ло их к невы­но­си­мо­му фор­ма­лиз­му и ка­зу­и­сти­ке.

На­про­тив, к мы­та­рям, этим пре­зрен­ным «кол­ла­бо­ра­ци­о­ни­стам» и «пре­да­те­лям», со­сто­яв­шим на служ­бе у рим­ских ок­ку­па­ци­он­ных вла­стей, иудеи от­но­си­лись с брезг­ли­во­стью, счи­тая для се­бя осквер­не­ни­ем вся­кое с ни­ми об­ще­ние.

«Фа­ри­сей, – про­дол­жа­ет Хри­стос, – встал и мо­лил­ся про се­бя так: «Бла­го­да­рю Те­бя, Бо­же, что я не та­ков, как осталь­ные лю­ди – ко­ры­сто­люб­цы, без­за­кон­ни­ки, раз­врат­ни­ки или вот как этот мы­тарь. Я два­жды в неде­лю по­щусь, от­даю де­ся­тую часть все­го, что при­об­ре­таю»».

А мы­тарь, став по­даль­ше, не смел да­же глаз под­нять к небу и толь­ко бил се­бя в грудь со сло­ва­ми: «Бо­же, ми­ло­стив будь ко мне, греш­но­му!» – Но имен­но он, а не фа­ри­сей, – за­клю­ча­ет прит­ча, – «ушёл до­мой бо­лее оправ­дан­ным.

Ибо вся­кий, кто воз­вы­ша­ет се­бя, бу­дет уни­жен, а кто при­ни­жа­ет (сми­ря­ет) се­бя, бу­дет воз­вы­шен».

Бо­го­слу­жеб­ные пес­но­пе­ния неде­ли без уста­ли ва­рьи­ру­ют эту яр­кую те­му ис­тин­но­го и лож­но­го по­ка­я­ния.

Вы­со­ко­ме­рие и са­мо­пре­воз­но­ше­ние, со­пря­жён­ное с уни­же­ни­ем дру­гих, име­ну­ют­ся «мерз­ким над­ме­ни­ем» и «неле­пым сви­реп­ством».

Не упо­доб­ля­ем­ся ли и мы ча­сто фа­ри­сею, не мо­лим­ся ли его мо­лит­вой? Об этом умест­но вспом­нить не толь­ко ве­ру­ю­щим, но всем лю­дям, при­тя­за­ю­щим на ин­тел­ли­гент­ность.

Для об­ли­че­ния фа­ри­сей­ско­го по­ста, бес­смыс­лен­но­го при та­ком па­губ­ном ду­шев­ном рас­по­ло­же­нии, пра­во­слав­ный цер­ков­ный Устав на­ро­чи­то от­ме­ня­ет на этой неде­ле пост в сре­ду и пят­ни­цу.

* * *

МЫТАРЬ[2] (греч. τελώνης, тэ­лонэс, лат. publicanus) – это «от­куп­щик» или «сбор­щик на­ло­гов».

Сам этот про­фес­сио­наль­ный тер­мин ней­тра­лен и озна­ча­ет лю­бо­го пред­ста­ви­те­ля «на­ло­го­вой служ­бы» (в на­шем го­ро­де есть «Мыт­нин­ская ули­ца»), но в еван­гель­ском тек­сте речь идет о сбор­щи­ке по­да­тей для рим­ской каз­ны по­сле вхож­де­ния Па­ле­сти­ны в со­став Рим­ской им­пе­рии (с 63 го­да до н. э.).

По­это­му в сла­вя­но-рус­ской тра­ди­ции он озна­ча­ет, как пра­ви­ло, еван­гель­ско­го мы­та­ря – «ли­хо­им­ца» и «при­тес­ни­те­ля». Это свя­за­но с осо­бым ста­ту­сом мы­та­рей в иудей­ском об­ще­стве.

Иудей­ский на­род спра­вед­ли­во нена­ви­дел «кол­ла­бо­ра­ци­о­ни­стов» мы­та­рей за то, что они слу­жи­ли ок­ку­пан­там в ка­че­стве эк­зе­ку­то­ров и ча­сто поль­зо­ва­лись сво­им «слу­жеб­ным по­ло­же­ни­ем» для лич­но­го обо­га­ще­ния (Лк.19:1,8), оби­рая при этом сво­их со­пле­мен­ни­ков.

С дру­гой сто­ро­ны, уже са­ма эта про­фес­сия счи­та­лась не толь­ко пре­зрен­ной, но и ри­ту­аль­но «нечи­стой», по­сколь­ку, со­глас­но ев­рей­ско­му ре­ли­ги­оз­но­му за­ко­но­да­тель­ству, по­да­ти сле­до­ва­ло пла­тить толь­ко в Иеру­са­лим­ский храм – един­ствен­ное ме­сто зем­но­го пре­бы­ва­ния Бо­га.

Тал­муд при­рав­ни­вал мы­та­рей к греш­ни­кам, языч­ни­кам и пре­лю­бо­де­ям и по­веле­вал от­лу­чать от Си­на­го­ги. Вполне по­нят­но, что и Хри­стос под­вер­гал­ся упре­кам со сто­ро­ны фа­ри­се­ев, этих блю­сти­те­лей ре­ли­ги­оз­ной «чи­сто­ты» за то, что Он об­ща­ет­ся с «нечи­сты­ми» мы­та­ря­ми (Мф.

9:11 и др.).

По­это­му прит­ча Спа­си­те­ля бы­ла дерз­ким вы­зо­вом «об­ще­ствен­но­му со­зна­нию»: Он хо­тел ска­зать, что «по­те­рян­ных» лю­дей нет, и по­то­му на­ро­чи­то из­брал в ка­че­стве при­ме­ра ис­крен­нюю мо­лит­ву мы­та­ря, бо­лее угод­ную Бо­гу, чем ли­це­мер­ное са­мо­пре­воз­но­ше­ние фор­маль­но пра­вед­ных фа­ри­се­ев (Лк.18:9-14). «Мы­та­ри и блуд­ни­цы впе­рёд вас идут в Цар­ство Бо­жие» (Мф.21:31). Из­вест­но, что еван­ге­лист Мат­фей, один из Две­на­дца­ти апо­сто­лов, до об­ра­ще­ния был мы­та­рем (Мф.10:3).

ФАРИСЕИ – пред­ста­ви­те­ли од­но­го из трёх ос­нов­ных древ­не­ев­рей­ских ре­ли­ги­оз­но-по­ли­ти­че­ских те­че­ний, или пар­тий (на­ря­ду с сад­ду­ке­я­ми и ес­се­я­ми), воз­ник­ших в эпо­ху Мак­ка­ве­ев (в се­ре­дине II ве­ка до н. э.). Сам тер­мин (евр. пе­рушим, греч.

фа­рисайой, фа­ри­сеи) пе­ре­во­дит­ся как «обосо­бив­ши­е­ся», «от­де­лён­ные», т. е. «чи­стые» в ре­ли­ги­оз­ном и ри­ту­аль­ном от­но­ше­нии. Фа­ри­сеи бы­ли ду­хов­ны­ми ли­де­ра­ми на­ции и поль­зо­ва­лись под­держ­кой и глу­бо­кой сим­па­ти­ей на­ро­да.

Их вли­я­ние уси­ли­ва­лось и тем, что книж­ни­ки, зна­то­ки и учи­те­ля Пи­са­ния, в по­дав­ля­ю­щем боль­шин­стве при­над­ле­жа­ли к фа­ри­се­ям. Ос­нов­ная за­бо­та фа­ри­се­ев со­сто­я­ла в тол­ко­ва­нии и стро­гом со­блю­де­нии То­ры (За­ко­на Мо­и­сея).

При этом для них су­ще­ство­ва­ла не толь­ко «пись­мен­ная То­ра», но и «То­ра уст­ная», вос­хо­див­шая к оте­че­ским тра­ди­ци­ям, не за­фик­си­ро­ван­ным в ар­ха­ич­ном сво­де Мо­и­сея.

По су­ще­ству, фа­ри­сеи раз­ви­ва­ли вет­хо­за­вет­ную ре­ли­гию и, в от­ли­чие от эл­ли­ни­зи­ро­ван­ных ра­цио­на­ли­стов сад­ду­ке­ев, ве­ри­ли в бес­смер­тие ду­ши, за­гроб­ное воз­да­я­ние и вос­кре­се­ние мёрт­вых (ду­ши пра­вед­ни­ков по­па­да­ют в но­вые те­ла, ду­ши греш­ни­ков тер­пят веч­ное на­ка­за­ние). Они так­же при­зна­ва­ли су­ще­ство­ва­ние ан­ге­лов и де­мо­нов (см. Деян.

23:8), и на эти пред­став­ле­ния опи­ра­лись в сво­ей про­по­ве­ди Хри­стос и апо­сто­лы. О ро­ли фа­ри­се­ев в ста­нов­ле­нии хри­сти­ан­ства об­раз­но вы­ра­зил­ся один за­пад­ный ис­то­рик: два фа­ри­сея (Ни­ко­дим и Иосиф Ари­ма­фей­ский) с че­стью по­хо­ро­ни­ли Хри­ста, а тре­тий рас­про­стра­нил Его уче­ние по все­му ми­ру (име­ет­ся в ви­ду фа­ри­сей Савл, бу­ду­щий апо­стол Па­вел[3]).

По­сле па­де­ния Иеру­са­ли­ма и со­жже­ния Хра­ма (70 год н. э.), ис­чез­но­ве­ния с по­ли­ти­че­ской аре­ны сад­ду­ке­ев (пред­став­ляв­ших ари­сто­кра­тию и свя­щен­ство), ес­се­ев и зи­ло­тов, фа­ри­сеи ста­ли един­ствен­ной си­лой, опре­де­ля­ю­щей по­сле­ду­ю­щее раз­ви­тие иуда­из­ма. Совре­мен­ный рав­ви­ни­сти­че­ский иуда­изм – пре­ем­ник и на­след­ник фа­ри­сей­ства.

Ос­нов­ным ис­точ­ни­ком ин­фор­ма­ции о фа­ри­се­ях яв­ля­ют­ся иудей­ский ис­то­рик Иосиф Фла­вий и кни­ги Но­во­го За­ве­та.

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчи Изоб­ра­же­ние лю­без­но предо­став­ле­но ис­то­ри­ком ис­кус­ства Алек­сан­дром Ми­хай­ло­ви­чем Ко­пи­ров­ским (Москва). Ему же при­над­ле­жит ни­же­сле­ду­ю­щий крат­кий ком­мен­та­рий, по­ме­ща­е­мый по­это­му в ка­выч­ки. Бла­го­да­рим за со­труд­ни­че­ство. «Прит­ча о мы­та­ре и фа­ри­сее на фрес­ке церк­ви Свя­той Тро­и­цы в Ни­кит­ни­ках в Москве (рас­пи­са­на ок. 1652 г.): две фи­гу­ры в пра­вой ча­сти сте­ны, око­ло ико­но­ста­са. Фа­ри­сей — в рус­ской бо­яр­ской шу­бе XVII ве­ка, мы­тарь — в одеж­де рус­ско­го бед­ня­ка (по­нят­но, что ис­то­ри­че­ски их со­ци­аль­ное по­ло­же­ние бы­ло об­рат­ным). Дей­ствие про­ис­хо­дит в рус­ском пя­ти­гла­вом хра­ме у под­свеч­ни­ка („то­щая све­ча“ 17 в.) под ико­ной Спа­са с под­вес­ной пе­ле­ной. Сле­ва — прит­ча о суч­ке и брев­не, в ко­то­рой участ­ву­ют те же пер­со­на­жи в ана­ло­гич­ных одеж­дах. Кста­ти, одеж­да мы­та­ря в пер­вой сце­не тём­ная — это за­пись XIX в., остав­лен­ная ре­став­ра­то­ра­ми. Ско­рее все­го, его одеж­ды бы­ли свет­лы­ми, как у че­ло­ве­ка с суч­ком в гла­зу — что, ко­неч­но, не слу­чай­но. Мо­жет быть, и со­вре­мен­ный ху­дож­ник най­дёт­ся для этой прит­чи?»А.М. Ко­пи­ров­ский

Юрий Ру­бан, канд. ист. на­ук, канд. бо­го­сло­вия 

Ли­те­ра­ту­ра

Аму­син И. Д. Ку­мран­ская об­щи­на. М., 1983; Ка­це­нель­сон Л. С. Фа­ри­сеи // Хри­сти­ан­ство: Эн­цик­ло­пе­ди­че­ский сло­варь. Т. III. М., 1995. С. 76–80; Ле­вин­ская И. А. Де­я­ния Апо­сто­лов. Гла­вы I–VIII. Ис­то­ри­ко-фило­ло­ги­че­ский ком­мен­та­рий. М., 1999. С. 199–200. Здесь же при­ве­де­на по­дроб­ная но­вей­шая биб­лио­гра­фия по дан­ной те­ме.

При­ме­ча­ния

[1] Сле­ду­ет пом­нить, что цер­ков­но-бо­го­слу­жеб­ная неде­ля (в зна­че­нии се­ми­днев­но­го цик­ла) на­чи­на­ет­ся с вос­кре­се­нья! При этом в сла­вян­ском язы­ке са­мо сло­во «неде­ля» (от «не дела­ти» – «не ра­бо­тать») – си­но­ним сло­ва «вос­кре­се­нье». По­это­му, ко­гда мы чи­та­ем в цер­ков­ном ка­лен­да­ре: «Неде­ля № та­кая-то», или «Неде­ля о та­ком-то, или о том-то», – то долж­ны учи­ты­вать: речь идет о вос­крес­ном дне, за ко­то­рым сле­ду­ют дни «седмичные».

[2] В сло­ве «мытарь» уда­ре­ние на пер­вом сло­ге! См. Дья­чен­ко Г., свящ. Пол­ный цер­ков­но-сла­вян­ский сло­варь. М., 1993. С. 322. То же – во всех ор­фо­гра­фи­че­ских и ор­фо­эпи­че­ских сло­ва­рях рус­ско­го язы­ка.

Бы­ту­ю­щая в цер­ков­ной сфе­ре фор­ма «мытарь» мог­ла воз­ник­нуть по ана­ло­гии со сло­вом «мытарства» и ста­ла «про­фес­сио­наль­ным нео­ло­гиз­мом», как «компас» у мо­ря­ков, «искра» у во­ди­те­лей, «осужден­ный» – в пра­во­охра­ни­тель­ной сре­де.

[3] Еван­ге­лист Лу­ка в сво­ей кни­ге «Де­я­ния Апо­сто­лов» не без сар­каз­ма опи­сал, как апо­стол Па­вел, ис­поль­зо­вав свою ста­рую пар­тий­ную при­над­леж­ность, со­рвал за­се­да­ние Си­нед­ри­о­на, со­бран­но­го для су­да над ним.

«Па­вел, узнав, что [здесь] од­на часть – сад­ду­кеи, а дру­гая – фа­ри­сеи, за­кри­чал в Си­нед­ри­оне: «Му­жи бра­тья! Я – фа­ри­сей, сын фа­ри­сея; за на­деж­ду на вос­кре­се­ние мерт­вых ме­ня су­дят!» Ко­гда же он ска­зал это, то про­изо­шло столк­но­ве­ние меж­ду фа­ри­се­я­ми и сад­ду­ке­я­ми, и со­бра­ние рас­ко­ло­лось.

Ведь сад­ду­кеи го­во­рят, что нет ни вос­кре­се­ния, ни ан­ге­ла, ни ду­ха; а фа­ри­сеи приз­нают и то и дру­гое.

Сде­лал­ся боль­шой крик; и, встав, книж­ни­ки фа­ри­сей­ской сто­ро­ны схва­ти­лись [с сад­ду­ке­я­ми], го­во­ря: «Ни­че­го пло­хо­го мы не на­хо­дим в этом че­ло­ве­ке; ес­ли же ему го­во­рил дух или ан­гел, то да­вай­те не бу­дем бо­го­бор­ца­ми!» Но, по­сколь­ку столк­но­ве­ние уве­ли­чи­ва­лось, то ты­ся­че­на­чаль­ник, опа­са­ясь, чтобы они не рас­тер­за­ли Пав­ла, по­ве­лел во­и­нам вой­ти, взять его из их сре­ды и от­ве­сти в кре­пость» (Деян.23:6-10).

Неделя о мытаре и фарисее в 2021 году. Первый зов великопостной весны

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчи

Протопресвитер Александр Шмеман

Неделя о мытаре и фарисее в 2021 году выпадает на 21 февраля и закончится 27 февраля. Подробнее об этой неделе без поста Вы узнаете из статьи!

Неделя о мытаре и фарисее в 2021 году — 22 февраля — 28 февраля

Неделя о мытаре и фарисее в 2022 году — 13 февраля — 19 февраля

Неделя о мытаре и фарисее в 2021 году – с 21 февраля по 27 февраля

Одна из главных, единственных в своем роде особенностей Евангелия, — это те короткие рассказы-притчи, которыми пользуется Христос в своем учении, в своем общении с народом.

Поразительно же в этих притчах, что сказанные почти две тысячи лет тому назад, в совершенно отличных от наших условиях, в другой цивилизации, на абсолютно другом языке, они остаются актуальными, бьют сегодня в ту же цель. А это значит — в наше сердце.

Ведь вот, устарели, забыты, канули в небытие книги и слова, созданные совсем недавно, вчера, позавчера. Они уже ничего не говорят нам, они мертвы. А эти, такие простые с виду, бесхитростные рассказы живут полной жизнью.

Мы слушаем их — и как будто что-то происходит с нами, как будто кто-то заглянул в самую глубину нашей жизни и сказал что-то — только к нам, ко мне относящееся.

В этой притче — о мытаре и фарисее — рассказывается о двух людях. Мытарь — это славянское слово для обозначения сборщика налогов, профессии, окруженной в древнем мире всеобщим презрением. Фарисей — это название правящей партии, верхушки тогдашнего общества и государства.

На нашем теперешнем языке мы сказали бы, что притча о мытаре и фарисее — это символический рассказ о важном представителе ведущего слоя, с одной стороны, о мелком и малопочтенном «аппаратчике», — с другой.

Христос говорит: «Два человека вошли в храм помолиться, один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: «Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи или этот мытарь. Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть всего, что приобретаю».

Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаза на небо, но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! Милостив буди мне грешному!».

Говорю вам, — заканчивает Христос эту притчу, — что мытарь пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

Читайте также:  Однодневные посты: понятие и список, для чего нужны и что такое сплошные седмицы

Всего три строчки в Евангелии, а сказано в них нечто вечное, такое, что действительно относится ко всем временам и ситуациям.

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчиНо возьмем только наше время, возьмем самих себя. Если что-нибудь лежит в основе нашей государственной, общественной, да, наконец, и частной жизни, так это — не правда ли? — вот это самое безостановочное самопревозношение, самоутверждение, или, говоря более древним, но опять-таки вечным языком — гордыня.

Вслушайтесь в пульс нашей эпохи. Неужели не поразимся мы этой чудовищной саморекламе, хвастовству, бесстыдству самовосхваления, которые так вошли в нашу жизнь, что мы уже почти не замечаем их.

Всякая критика, пересмотр, переоценка, всякое проявление смирения — не стали ли они уже не только недостатком, пороком, а, хуже того, — общественным и даже государственным преступлением. Оказывается, любить родину — это все время бесстыдно восхвалять ее, унижая чужие родины. Оказывается, быть лояльным — это провозглашать все время безгрешность власти.

Оказывается, быть человеком — это унижать, топтать других людей, это возвышать себя путем их унижения. Проанализируйте свою жизнь, жизнь своего общества, самые основы его устройства, и вы должны будете признать, что это именно так.

Проповеди. О мытаре и фарисее

Тот мир, в котором мы живем, так пронизан оглушительным и грубым бахвальством, что уже сам этого больше не замечает, оно уже стало его природой. Да так и сказал один из самых больших и тонких поэтов нашего времени — Пастернак — в знаменитой своей строчке: «…все тонет в фарисействе».

Самое страшное, конечно, в том, что фарисейство признается добродетелью.

Нас так долго, так упорно глушили славой, достижениями, взлетами и полетами, нас так долго держали в атмосфере этого призрачного псевдовеличия, что все это в действительности нам стало казаться хорошим и благим, что в душе целых поколений возник образ мира, в котором только сила, только гордость, только бесстыдное самовосхваление оказываются нормой.

Пора ужаснуться этому, вспомнить слова Евангелия: «всякий, возвышающий себя, унижен будет». Сейчас тех немногих, кто исподволь, шепотом говорят об этом, напоминают об этом, — влекут в суды или заключают в психиатрические лечебницы.

И на них науськивают других: смотрите на этих изменников и предателей! Они против величия и силы своей родины! Против ее достижений! Они сомневаются в том, что самая лучшая, самая сильная, самая свободная, самая счастливая страна… и так дальше.

И благодарите, что вы не такие, как эти несчастные отщепенцы.

Но поймем, что этот бой, этот спор, ведомый сейчас ничтожным меньшинством, это бой и спор о самих духовных источниках жизни. Ибо фарисейская гордыня — это не только слова. Она рано или поздно оборачивается ненавистью к тем, кто не согласен признать моего величия, моего совершенства. Она оборачивается преследованьем и террором. Она ведет к смерти.

Притча Христа ножом врезается в самую страшную опухоль современного мира, в опухоль фарисейской гордыни. Ибо, пока эта опухоль будет расти, в мире будут царить ненависть, страх и кровь.

И так оно и есть сейчас. Только вернувшись к этой забытой, презираемой, отбрасываемой силе — к смирению, — можно очистить мир.

Ибо смирение — это признание другого, это-уважение к другому и это уменье мужественно признать себя несовершенным, раскаяться, и тем самым встать на путь исправления.

От бахвальства, лжи и тьмы фарисейства — к свету и целостности подлинной человечности: к правде, к смирению и к любви. Вот призыв этой притчи Христовой, вот зов, первый зов великопостной весны…

[*] Из книги «Воскресные беседы».

Вы прочитали статью Неделя о мытаре и фарисее в 2021 году. —

Неделя о мытаре и фарисее. Материалы Правмира:

Видео о Неделе о мытаре и фарисее:

  • Проповедь в неделю о мытаре и фарисее

Евангелие о мытаре и фарисее: «Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится»

Великий пост — совершенно неповторимый период в церковном годе. Каждый день, каждая служба наполнены особым смыслом. Важнейшее место занимают евангельские чтения воскресных дней поста и подготовительных недель.

Мы попросили разных людей прочитать эти евангельские отрывки и рассказать, как они их понимают и что лично для себя выносят, в рубрике Евангелия Великого поста.

Евангелие первой подготовительной недели — притчу о мытаре и фарисее — читала вместе с «Фомой» Татьяна Касаткина, доктор филологических наук, заведующая отделом теории литературы ИМЛИ им. Горького РАН.

«…два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.

Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику! Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится» (Лк. 18, 10-14).

Действующие лица

  • Прежде всего, нам нужно понять, кто такой мытарь и кто такой фарисей.
  • Мытарь, если искать ему соответствий в нашем времени, более всего похож на нынешнего коллектора: это был человек, скупавший у государства долги и налоговые обязательства населения и потом собиравший с населения эти долги с процентами, пользуясь бандитскими методами.
  • А фарисей – это примерно нынешний активный прихожанин: человек, регулярно посещающий храм, молящийся по уставу, убежденный, что вера – центр человеческой жизни и жить должно по законам и регламенту, определенному священным писанием.
  • Полагаю, что если мы это вспомним, притча уже покажется нам гораздо более неоднозначной, чем при том прочтении замыленными глазами, когда мы помним не исходный смысл слов, а лишь и именно те значения, которые развились у слов уже на основании этой притчи.

Говорят, эта притча о гордости и об уничижении гордящегося. Возможно, она говорит и об этом тоже – но не только об этом. И, возможно, она говорит об этом не так (и не то), как мы думаем.

О чем просит фарисей?

Поразительно – но он ни о чем не просит! Его молитва – это молитва благодарения, а не молитва нужды; по-видимому, он молится самой совершенной из молитв.

И он не приписывает себе заслугу своих достоинств и своей совершенной жизни – он заслугу того, что он все заповеданное исполняет, относит всецело на счет Бога. Он чувствует себя любимцем Бога, созданным иным, чем прочие люди, погрязшие во грехах и не соблюдающие закона.

Фарисей же исполняет даже больше, чем требуют закон и регламент: постится больше заповеданного и отдает больше, чем требует закон, согласно которому десятина взималась лишь с урожая и скота (а не со всего приобретенного).

Фарисей здесь является как вещь, целиком и даже с небольшим избытком заполнившая свои границы, занявшая положенные ей пределы, полностью осуществившаяся. Вещь, с которой ее Творцу как бы нечего больше делать.

О чем просит мытарь?

Мытарь просит Господа о примирении (таково целевое значение употребленного здесь глагола ʻιλάσκομαι: умилостивить, чтобы восстановить мир).

То есть – он не просит ни о чем конкретном – он просит лишь о том, чтобы снова войти в соприкосновение с Богом.

О том, чтобы та определенность его, которую он создал своими грехами и которая висит над ним, как крышка гроба, заслоняя его от неба, была снята – и ему снова открылось поле возможностей.

Фарисей благодарит за то, что он совершен, то есть – завершён – мытарь же просит о возможности начать.

Толкование в контексте

Но не будем заблуждаться – любая (даже самая правильная и хорошо оформленная) определенность сковывает человека гробницей – о чем и говорит Иисус, сравнивая фарисеев в другом месте с гробами окрашенными, красивыми, внутри которых лишь кости и прах (Мф. 23, 27).

Заметим – так удаленные части Евангелия открывают истинное значение друг друга.

Но еще больше помогают открыть значение друг друга близкие друг другу евангельские эпизоды – на первый взгляд, разрозненные и даже вызывающие в нас недовольство прерывистостью сюжетного хода.

Полагаю, в ряде случаев, плавность сюжетного хода приносилась в жертву именно смысловым стяжениям и соответствиям. Как в случае с притчей о мытаре и фарисее.

Ибо сразу за этой притчей у Луки следует эпизод о приносимых к Иисусу младенцах – и слова о том, что только приняв Царствие Божие, как дети, мы можем войти в него (Лк. 18, 17).

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчиПусть дети идут ко Мне. Карл Блох. Дата неизвестна

Св. отцы, бывшие в большинстве своем монахами и детей видевшие редко, толковали этот эпизод в том смысле, что для вхождения в Царствие небесное нужна детская незлобивость, смирение и кротость. Мы, будучи мирянами, можем только удивляться тому, как детям можно приписать эти свойства.

Во всяком случае, дети ими обладают так же редко, как и взрослые. Чтобы точно понять, что здесь сказано, нужно выделить свойство, неустранимо присущее детям, конституирующее свойство «детскости». Такое свойство только одно – это способность расти. Взрослый тем и отличается от ребенка, что он уже вырос.

Таким образом, в Царствие небесное входят те, кто не потерял способности расти. В Царствие небесное врастают. А те, кто утрачивает эту способность, становятся красивыми гробами самих себя задолго до своей очевидной смерти. Господь же – не Бог мертвых, но Бог живых (Лк.

20, 38) – и Ему нечего делать с раскрашенными гробами.

В связи с этим становятся понятны и финальные слова притчи: «ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится». Возвысивший себя сам оказался выше всех – и потому ему расти больше не нужно. Он прекратит рост, потому что уже на всех смотрит свысока. Когда все ниже тебя – это препятствие в развитии.

Унижающий себя, видящий вокруг тех, кто выше – открывает себе пространство роста и в себе – желание роста. Потому что очень интересно посмотреть – что там, на уровне тех, кто выше. Потому что когда кто-то выше – это стимул развиваться.

«Фарисей» значит «отделившийся»

Слово «фарисей» происходит от древнееврейского глагола со значением «отделяться», «обособляться». И наш фарисей чувствует себя завершенной вещью еще и в том смысле, что он «не таков, как прочие люди».

Меж тем, христианство учит нас, что каждый наш шаг навстречу Богу – это одновременно наш шаг навстречу каждому человеку, что нас рост в сторону Бога – это одновременно рост к слиянию с каждым.

Принимая в причастии кровь Христову, мы не только даем возможность течь в наших жилах крови Бога – но мы и даем простор течь в наших жилах крови всех причастившихся. В Царствие Божие «врастают», «увеличиваясь» сразу во многих направлениях, открывая в каждом ближнем Бога и открываясь Богу в каждом ближнем.

Поэтому в христианстве всего две заповеди – о любви к Богу и о любви к ближнему – и это, как мы видим, тоже заповеди роста. Любить ближнего как себя – это значит (во всяком случае – в одном из смыслов) увидеть в нем не отдельного, а тоже себя. «Дорасти» до общности с ним. Так пальцы руки могут внезапно осознать свою причастность одной ладони.

Читайте также:  Иоанн Русский: житие и чудеса святого, в чем помогает икона и тексты молитв

Что же мы должны вынести для себя из этой притчи?

Думаю, неверно было бы сказать по прочтении: «Благодарю тебя, Господи, что я не таков, как тот фарисей».

Мы просто должны понять, что цель мытаря – открыть новое поле возможностей – вполне может быть достигнута и средствами фарисея – то есть выполнением всех законов и регламентов – в том случае, если мы будем в них видеть средство, а не цель. Средство выхода на новый уровень – в новую степень близости и любви с людьми и Богом.

Кто такие фарисеи в Библии

Кто такой мытарь в Библии

Неделя о мытаре и фарисее

Анненский: мытарь или фарисей?

На заставке коллаж Foma.ru на основе фото Владимира Ештокина и картины Джеймса Тиссо «Мытарь и фарисей» (1886—1894).

Протоиерей Александр Шаргунов. Толкование Евангелия на каждый день года. Неделя о мытаре и фарисее / Православие.Ru

Лк., 89 зач., 18, 10–14

Сказал Господь такую притчу: два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь.

Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю.

Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику! Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится.

Два человека вошли в храм помолиться. Один фарисей, а другой мытарь. Два человека, два грешника с одной только разницей, что фарисей не видел себя грешником, а мытарь глубоко сознавал и переживал это.

Фарисей стал на видном месте, посередине храма или перед самым алтарем, он – достойная личность в обществе и в Церкви, а мытарь, не смея пройти вперед, стал у самого порога, как сказано в Евангелии, вдали.

Гордость фарисея и уверенность его в собственной праведности были таковы, что он искал первого места не только в глазах людей, но и перед Богом, и занимал лучшее место не только за обедами и собраниями, но и за молитвой.

Одного этого достаточно, чтобы понять, какой страшной неправедностью поражен фарисей и как ослепил его грех. Грех ослепляет. «Если говорим, что не имеем греха, – обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1 Ин. 1, 8).

Предел нечестия заключается в том, что мы, будучи лживыми, как свидетельствует слово Божие, считаем себя праведными, а «Пришедшего в мир грешныя спасти» представляем лживым (Сравн.1 Ин. 5, 10).

Обратим внимание на то, что о фарисее сказано: он молился сам в себе: «Боже, благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди». Святитель Феофан Затворник говорит, что наружно в Церкви все молятся истинными словами, теми, которые поются и читаются за богослужением, и все эти слова исполнены покаяния. Но Богу важнее, как молится каждый из нас сам в себе.

Бог слушает более внимательно то, что сердце говорит, а не уста, то, что человек думает и чувствует во время молитвы. Язык может обманывать, но сердце не обманывает, оно показывает человека таким, каков он есть. Блаженный Максим Христа ради юродивый говорит: «Знай, что ни Бог не может тебя обмануть, ни ты Его». «Всяк крестится, да не всяк молится».

Фарисей тот, кто «бородой Авраам, а делами – Хам».

Грешный человек пришел в храм, чтобы бесчестить других людей и похвалиться своими добрыми делами. Он не грабитель, не обидчик, не прелюбодей, как другие. Мало того! Он постится два раза в неделю и десятую часть из всего, что имеет, отдает на Церковь и нищим.

Запомним, братья и сестры, с самого начала нашего пути к Великому Посту: пост и молитва, и добрые наши дела, оказывается, могут не приближать нас к Богу, а наоборот, удалять от Бога и от людей. Пост и молитва, и милостыня существуют для того, чтобы мы научились смирению и любви к Богу и человеку.

Фарисей постился и давал милостыню, но он презирал и ненавидел других, надмевался и превозносился перед Богом. И вообще, зачем ему было в храм приходить, если Бог отправляет его домой ни с чем! Господь показывает ложное благочестие – то фарисейство, которое неистребимо в человечестве и живо до сих пор среди христиан.

Оно – как высокое, до времени зеленое дерево, не имеющее плода и гнилое внутри.

Как научиться молиться? Вот как надо молиться: мытарь, стоя вдали, не смел поднять глаз к небесам, но ударял себя в грудь, говоря: «Боже, милостив будь ко мне, грешнику». Он стоял вдали. Бог видит его так же хорошо, когда он стоит неприметно в толпе, как если бы он стоял один в середине храма . Подлинно, молитва – всегда молитва покаяния.

«Покаяние человека – Божий праздник», – говорит преподобный Ефрем Сирин. Он стоит вдали, он чувствует свое ничтожество перед Богом и исполняется смирения перед величием Божиим. Господь заканчивает притчу словами «Ибо всякий, возвышающий себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

«Пока человек не достигнет смирения, он не получит награды за свои труды, – говорит преподобный Ефрем Сирин. – Награда дается за смирение, а не за труды». Не за пост, не за молитву, не за добрые дела. Но кто унижает себя? Не тот, кто старается показаться меньше, чем он есть, говорят святые отцы, но тот, кто видит свою малость из-за своих грехов.

Поистине, человек, даже если он желает, не может унизить себя больше, чем грех унижает его. Для человека, который чувствует и сознает глубины, в которые опустил его грех, невозможно опуститься ниже. Грех всегда может столкнуть нас вниз, в бездну вечной погибели, ниже, чем мы можем представить.

Только через смирение в познании собственной нашей греховности может открыться нам тайна смирения Христова, в котором сокрыта красота и совершенство Божественной любви.

Наше чувство греха, говорят святые отцы, зависит от нашей близости к Богу. Чувство греха – мера знания душою Бога. Святой Иоанн Предтеча, величайший из рожденных женами, исполняется страха при приближении Христа: «Я недостоин, наклонившись, развязать ремень обуви Его» (Мк. 1, 7).

Когда пророк Исаия оказался в Божием присутствии в видении Господа, сидящего на Престоле, он осознал свою греховность: «Горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами… – и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа» (Ис. 6, 5).

Когда апостолу Петру открылась в чудесной ловле рыб сила Божия, он припал к ногам Христа, умоляя: «Отойди от меня, Господи, ибо я человек грешный».

Из-за близости ко Христу апостол Павел мог называть себя первым из грешников. Эти слова повторяет святой Иоанн Златоуст и вся Церковь до скончания века, и каждый из нас, когда мы приступаем к таинству причащения Тела и Крови Христовых. Горе нам, если мы повторяем их одними устами.

Мы живем в мире, где все меньше чувство греха. Можно подумать, в »безгрешном обществе», у которого одна забота – чтобы был «безопасный грех».

Современного человека уже не тревожит грех, его беспокоят последствия греха: болезни, катастрофы, войны, внутренняя пустота и отчаяние.

Пока мы будем тратить все силы на то, чтобы победить последствия греха, пряча грех, пока мы не принесем его Богу в смиренном покаянии, последствия греха будут делать нашу жизнь все более несчастной.

Самое важное, что происходит сегодня в мире, это то, что люди теряют чувство греха. Например, древний грех прелюбодеяния воспринимается сейчас большинством – как выражение любви и свободы, и потому это вовсе не грех, а добродетель. Древний грех мужеложства – просто как иной стиль жизни. И если это не добродетель, то, по крайней мере, это уже как бы не безнравственно. Просто это – другое.

И еще две очевидных и существенных закономерности. Чем больше в мире греха, тем меньше грех ощущается как грех. И пока человек не начнет чувствовать, что грех – это грех, и что такое грех, он будет видеть других большими грешниками, чем он сам, он будет фарисеем.

И, наконец, самое главное, что мы должны запомнить сегодня навеки. Как бы ни был велик грех, есть нечто большее греха, это – Божия благодать. Божия благодать всегда больше греха, и потому апостол Павел говорит: «Верно слово и всякого приятия достойно, что Христос Иисус пришел в мир спасти грешников, от которых я первый».

Кажется, безумие мира уже достигло предела. Но святые отцы говорят, что мы не видим тысячной доли зла, которое в мире, и точно так же тысячной доли любви Бога к миру. Мы знаем, что никогда зло не одолеет до конца любовь. Никогда! Что никогда грех не будет сильнее милосердия.

Более того, мы знаем: чем больше неистовствует зло – пусть зверь уже кажется сорвавшимся с цепи – тем более Дух Божий ведет нас. Там, где зло наглеет, там становится очевидным для верных присутствие Духа. «А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать» (Рим. 5, 20).

Никогда, может быть, еще не была явлена сила Христова Его Церкви так, как сегодня. И призываются войти в эту славу, как никогда, грешники кающиеся, ибо, как никогда, приблизилось Царство Небесное.

Мытаря и фарисея: что собой представляет неделя, значение и смысл притчи

В середине марта 2021 года у православных верующих наступил Великий пост. Ему предшествовал подготовительный период, включающий 4 недели (седмицы).

Каждая седмица имеет свое название и назначение:

  • о мытаре и фарисее;
  • о блудном сыне;
  • мясопустная;
  • сыропустная.

В эти дни в богослужениях используют выдержки из Евангелия. Первая седмица длилась с 21 по 28 февраля. На воскресной литургии читается притча Иисуса Христа о фарисее и мытаре.

Что хотел донести Иисус Христос в этой притче?

Мытарем в древние времена называли сборщика налогов. Эта профессия считалась одной из самых позорных. А фарисеи — это представители знати, входившие в число элиты общества. Они получали хорошее образование и имели множество привилегий. Но вот в действительности фарисеи были очень напыщенны, фальшивы и высокомерны.

Повзрослел и возмужал. Внук Ротару сводит поклонниц с ума (новые фото)

Читайте также:  Почему в церкви женщины покрывают голову платком: история обычая, мнение церкви

  ⓘ Энциклопедия | Карфагенский собор, 258 — Вики ..

Nokia рассекретила график выхода новых смартфонов с 5G: первый анонс — в феврале

Придумала, как использовать оставшееся картофельное пюре: испекла нежный хлеб

В притче в качестве образа мытарей представлены люди, искренне раскаявшиеся в своих грехах. Они понимают, что являются плохими людьми, и могут рассчитывать лишь на милость Господа. А вот фарисеи — это гордецы, возвышающие себя над окружающими. Даже молясь Богу, они превозносят себя.

Основной смысл притчи заключается в том, что важно не то, как люди ведут себя в обществе. Намного важнее, что они носят в своей душе и какие поступки совершают. Если человек живет без любви, покаяния и смирения, то ему никогда не попасть в Царство Небесное. Его молитвы никогда не будут услышаны. Поэтому никогда не нужно считать себя лучше других, выискивая минусы в окружающих.

Как правильно готовиться к Великому посту

Значение Великого поста для православных – покаяние в грехах, чтобы с чистой душой и помыслами встретить Пасху/Светлое воскресенье. Пост предусматривает ограничение потребления некоторых продуктов (например, мяса, молока, яиц) в определенные дни. Противопоказаны в эти дни увеселения.

В четырехнедельный период до Великого поста церковь готовит верующих к воздержанию. На неделе мытаря и фарисея нет ограничений по продуктам и в приеме пищи.

Со следующей недели восстанавливаются посты в среду и пятницу. В мясопустную неделю полагается воздержаться от мяса.

В последнюю неделю (сыропустную или масленичную) разрешено употреблять молоко, сыр, масло, яйца, но требуется в среду и пятницу выдерживать пост до вечера.

В неделю мытаря и фарисея Православная церковь напоминает верующим о сути вероисповедания: смирения перед Богом.

Без смирения невозможно истинное раскаяние в грехах. Источник греховных дел и мыслей – гордыня человека, почитающего себя равным Богу. Порядок богослужений в эти дни определен в Триоди постной.

Во вторую неделю на литургии читают притчу о блудном сыне, в третью – о Страшном Суде, в четвертую – вспоминают святых угодников, прославившихся подвигом поста, грех Адама и Евы и изгнание из Рая. Вспоминая о блудном сыне, церковь говорит, что на милосердие Бога может рассчитывать любой грешник, если его смиренное раскаяние чистосердечно.

В субботу мясопустной недели на богослужении поминают умерших (Вселенская родительская суббота).

Церковь молится особенно за тех, кто покинул земной мир без отпевания:

  • погиб в катастрофе;
  • на войне;
  • от насилия;
  • внезапной болезни.

Напоминание о последнем суде должно предостеречь людей от беспечной греховности, так как никому не известен день, когда он предстанет пред Господом. В последнее воскресенье перед Великим постом верующих призывают следовать предписаниям о воздержании, напоминая, что грех прародителей случился из-за невоздержания.

Православная Жизнь

Снова спросим себя: кто я?

  Азербайджан: религия и вероисповедание

Мытарь и фарисей. Равеннская мозаика. V век

Притчу давно разобрали на смыслы и растолковали во всех плоскостях. Вот грешник, презираемый обществом, но его душа открыта к Богу, он раскаивается в неправильной жизни и готов переменить ум от греха в сторону вечной жизни. И Господь прощает мытаря-вымогателя.

Людям сложно искренне и по-доброму относиться к тем, кого общество, да и собственное мнение презирает.

В этом огромная трагедия человеческой цивилизации: все мы однажды испытывали на себе презрение людей, их холодность и безучастие, порицание и ненависть только за то, что не вписывались в рамки чьих-то понятий о «достойности». Мытарей-налоговиков в свою эпоху ненавидели.

Но это не значит, что они не были людьми и не были достойны человеческого отношения. Ненавидимого и презираемого всем обществом Бог принимает и прощает, дает облегчение и надежду. Потому что Бог – любовь, вопреки всем правилам человеческого социума.

А фарисей – это такой правильный церковник своего времени, пользующийся непререкаемым авторитетом и уважением среди местных. Как известно из обличений Иисуса, фарисеи далеко не всегда соответствовали букве закона Моисеева, за который так усердно «топили».

Фарисей из притчи – яркий пример позера, который смекнул, что для продвижения в обществе нужен хороший фасад в виде достойного социального положения. Может, высокой должности у римских оккупантов и не займешь, зато будешь пользоваться уважением у своих, в любом доме накормят и денег дадут за праведность.

Может быть, конечно, история фарисея начиналась и не так цинично, но его самомнение выродилось в железную уверенность в отношении собственной святости. В храм пришел не больной грешник, а святой, у которого все нормально. Фарисей горячо благодарил Бога, что он не такой мерзавец, как оставшиеся за порогом храма воры и мошенники.

Да, в храм все же рискнул заявиться, и мытарь, поэтому фарисей к своей исповеди в высокой праведности привязал и бьющегося в раскаянии сборщика податей. Причтей Христос наглядно и со стороны показал искреннюю религиозность и ее пародию.

Все про наш день, когда гонений нет, за веру никто не преследует (претензии второй половинки, нахмуренные брови родителей и шуточки коллег не в счет), и религия может становиться для человека частью личного имиджа.

Конечно, в чужую душу не заглянешь, и Христос – всегда личный, говорящий один на один с каждым человеком, даже если обращается одновременно к миллионам. Притча вспоминается в первое воскресенье начала подготовки к Великому посту.

Бог спрашивает: ты собрался сесть на жесткую диету и совершать дела милосердия, но что у тебя внутри? Какова мотивация ходить на эти тяжелые великопостные службы и лишать себя привычной пищи, может быть, в ущерб настроению, физическому состоянию и даже здоровью? Это попытка попасть в тренд, доказать что-то окружающим, самоутвердиться или желание освободиться от оков мира и стать ближе ко Мне?

Что произошло с мытарем, который, наверняка, был вполне доволен собой, своими друзьями-вымогателями, наслаждался чувством собственной важности, видя испуганные глаза обираемых соотечественников. Мытарь был богат благодаря чужому горю. Таким людям трудно заглядывать в себя и признавать ошибки.

А столкновение с собственной совестью однажды приносит им невыносимую боль и может перевернуть всю жизнь с ног на голову. Мытарь смог перебороть страх этой боли и не меньший страх – начать жить заново. Лишиться достатка, возможно, стать не менее презираемым, теперь уже нескрываемо… но желание обрести мир и быть ближе к Богу возобладало в нем.

Почувствуйте всю трагедию внутренней борьбы мытаря. Как это больно, не просто увидеть себя настоящего, но найти силы для перемены ума.

Изменение – непреложная составляющая жизни христианина. Храм как «место силы» помогает нам в этом. Мы говорим с Богом, принимаем Его совет, раскаиваемся с помощью священника-свидетеля и можем соединиться с Христом в Евхаристии.

За всеми действиями стоит разрушение привычной нам конструкции мыслей, убеждений и привычек, которые вроде как помогали жить. Выбить опору у себя самого из-под ног – под силу не каждому.

Но только избавившись от прошлого, можно начать жизнь для нового будущего.

Притча – своего рода «напоминалка». Пост ведь мобилизует.

И вот к этой духовной мобилизации нас неспешно готовит Церковь, спрашивая, идем ли мы в храм на разговор с Богом как удрученный своими грехами мытарь или же у нас все хорошо, как у самодовольного фарисея? Честность с самим собой поможет нам ответить на этот вопрос. И мы в силах нащупать в себе эту честность. Будет больно. Но по-другому никак.

Владимир Басенков

Притча о мытаре и Фарисее

Притча о мытаре и фарисее известна из Евангелия от Луки:

«Сказал Господь притчу сию: два человека взошли в храм помолиться, один – фарисей, а другой – мытарь.

Фарисей, став, молился про себя так: «Боже, благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди: грабители, обманщики, прелюбодеи, или хотя бы как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть от всего, что приобретаю».

А мытарь, стоя поодаль, не смел даже глаз поднять к небу, но бил себя в грудь, говоря: «Боже, будь милостив ко мне, грешнику!» Говорю вам: этот пошел в дом свой оправданным более, нежели тот. Ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а смиряющий себя возвысится».

Значение и смысл

В раннехристианский период мытарем называли сборщика налогов для римского императора. У людей, выполнявших эту работу, вырабатывался особый склад характера. Они не имели права жалеть должников, поэтому становились нечувствительными к чужой боли. Мытарей ненавидели еще и за то, что многие из них злоупотребляли своей властью, утаивая часть налогов и обогащаясь за счет плательщиков.

В древней Иудее фарисеи относились к религиозно-политической элите. Они с особым рвением выполняли правила благочестия, указанные в Торе, доходя в этом до фанатизма. В переводе с иврита «фарисей» означает «особенный». Себя фарисеи называли книжниками и мудрецами. В народе фарисеи пользовались поддержкой и уважением за их принципиальность и последовательность.

Иисус Христос изобличал фарисеев за их лицемерие и гордыню. В притче о мытаре и фарисее Иисус осуждает самоуверенность фарисея в своей правоте и презрение к грешнику мытарю.

В современном мире самовосхваление стало стержнем бытия, так как считается, что оно свидетельствует о жизненном успехе и достатке. Скромность превратилась в пережиток прошлого. Самокритичность, высказанная публично, вызовет неоднозначную реакцию у окружающих, может стать причиной пересудов.

Православная церковь в неделю мытаря и фарисея призывает верующих опомниться, отказаться от фарисейства. Богоугодные дела надо делать по зову души, не ставя себе это в заслугу. Соблюдение заповедей должно быть нормой, а не героическим поступком в собственных глазах. Тщеславие есть проявление гордыни, которая относится к разряду смертных грехов.

Вместе с тем, церковь учит, что раскаяние в грехах дает шанс на милосердие Божие, если оно идет от сердца. Содержание богослужебных текстов говорит о том, что для спасения души недостаточно праведного поведения. Каждый верующий должен помнить, что смирение, покаяние воспитывает в человеке добродетель.

Притча

История о мытаре и фарисее небольшая, но ее когда-то рассказывал Иисус Христос своим ученикам в иерусалимском храме. Прочитать ее можно в Библии, в книге «От Луки», глава 18, стихи 11-14. В притче рассказывается о следующем: «Фарисей был верующим человеком и регулярно молился Господу.

В своих мольбах он благодарил его за то, что не стал разбойником, убийцей, прелюбодеем, угнетающим других людей и мытарем. Он регулярно постился, подавал милостыню нуждающимся и не грешил. Мытарь, стоя неподалеку, даже не смел поднять свой взор к небу.

Но во время молитвы искренне бил себя в грудь, говоря: «Господи! Смилуйся надо мной грешным».

Закончив свой рассказ Иисус Христос сказал: «Сей будет принят в мой дом более, чем тот: каждый, превозносящий себя, принижен будет. А унижающий себя возвысится».

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector